Alex Raven
«No damn cat, and no damn cradle.»
Неделька выдалась экстремальная.
Всё началось со среды, 12 июля. У меня выходной, спасаюсь от жары холодным пивом. Тут с работы звонит один товарищ по имени Костя. Очень хочет поехать на природу с друзьями, а ему сегодня работать в ночь. В общем, просит подменить. Я соглашаюсь, но при условии, что он в четверг отработает за меня в день, так как этот день перед сменой мне поспать просто-напросто не удастся. Он согласился, на том и порешили.
А ведь ещё тогда закрались у меня подозрения… Дело в том, что есть у Кости одна проблема. Если он выпьет, то остановиться он сможет через неделю, а то и больше, и не без помощи медиков.
Итак, отработал я ночь, приезжает Костя с бодуна, накатывает водочки и заявляет, что если шеф унюхает, что он пил, то он его выгонит, а ему эта работа нужна. Ещё полчаса он канючит, чтобы я отработал ещё смену. Устав от этого мозгоклюйства, я говорю, пусть присылает Лёху (ещё один наш коллега), потому что не факт, что 36 часов на ногах я продержусь, не заснув. Лёха соглашается приехать, но не раньше часа. В конце концов, он приезжает в три и подшофе, несмотря на то, что ему ещё ночью работать. Хрен с ним, думаю, к вечеру отпустит.
Не отпустило… Утром в пятницу меня ждал охренеть какой сюрприз! Оба станка стоят. На одном работает двигатель, у второго пуст бункер для материала. Лёха спит на поддоне, постелив картонку, а рядом с ним с десяток открытых ящиков с изделиями. Бужу его. Начинает мямлить что-то про то, что потерял крышку с весов, поэтому не смог взвесить ящики, поэтому, мол, они тут и стоят. Я поднимаю с пола крышку, кладу на весы. Взвешивай, говорю. Сам в это время переодеваюсь и продолжаю задавать вопросы.
- Что случилось со станками?
- Не знаю. Я в них не разбираюсь.
- Шефу звонил?
- А как бы я их ещё выключил?

Запаковав ящики, он начинает жаловаться, что не включается двигатель на дробилке (это такая штука, в которой мы дробим литники, оставшиеся после отливки, чтобы снова пустить их на переплавку). А ещё один из станков недоливал уголки. Разберёмся, говорю. Потом намекаю, что неплохо бы ему задержаться, ибо начальство будет иметь вопросы, на которые только он и сможет ответить. Он начинает говорить что-то про срочные дела и убегает, даже не попрощавшись. Была мысль его поймать и связать, однако статья 127, от 4 до 8 и всё такое…
Часам к девяти утра, устав от безделья, решил позвонить шефу. Для него, как выяснилось, вся эта история с остановкой станков такая же новость, как и для меня.
Когда шеф приехал, первым делом он предложить вскрыть все ночные ящики и посмотреть, что там внутри. А внутри было на что посмотреть! Часть уголков была в пыли, т. е. явно валялись на полу, литники Лёха даже не пытался выбирать, ссыпал всё в ящики как есть, просто по весу. В двух ящиках обнаружилось по окурку, хотя полипропилен вполне себе неплохо горит, и надо быть идиотом, чтобы заходить в цех с сигаретой. Его «недолитые» уголки оказались повреждёнными литейной формой, когда гора уголков дотянулась до оной. А на это требуется часа два времени.
С дробилкой история получилась тоже весьма интересная. Двигатель, как оказалось, был в порядке, хотя осмотр показал, что он пытался снять на нём крышку. Видимо. Силёнок не хватило. Оказалось, он крутился, пока не перетёр приводные ремни, когда дробилка заклинила. Все три.
В общем картина вырисовывалась следующая. В четверг, ещё до наступления ночи, наш герой нализался до невменяемого состояния. В какой-то момент загрузчик материала на одном станке забился или ещё что-то и начал подавать звуковой сигнал. Лёха его выключил, но включить забыл, и через три с половиной часа станок предсказуемо остановился, разбудив при этом уснувшего к тому времени Лёху. Наскоро собрав всё что эти два станка сделали, сбив при этом крышку с весов, он решил избавиться от повреждённых уголков. Высыпал их в дробилку побольше и уснул опять. В следующий раз он проснулся через несколько часов, когда ремни на дробилке уже перетёрлись, а тот станок, который ещё работал, уже остановился в автоматическом режиме (это происходит через десять минут бездействия). Почему на нём работал мотор, когда я пришёл? Да потому что он пытался его запустить, но не знал что стартует он при температуре более высокой, чем та, при которой он работает в штатном режиме.
Шеф включал мне утреннюю запись своего разговора с Лёхой. Попробую привести дословно.
- Доброе утро.
- Здравствуйте.
- Как отработал?
- Нормально. Потихонечку.
- А почему станки стоят?
- …Не знаю.
- А кто знает?
- …

После этого телефон был выключен.
Ночь на субботу мне пришлось отработать за этого товарища, который, как оказалось, товарищем нам не был.
Шеф купил мне еды на вечер и на ночь. Утром меня должен был сменить Костя, но… он тоже не пришёл! Прямо эпидемия какая-то!
Я позвонил шефу, он сказал, что сейчас приедет и меня сменит. Потом позвонил и спросил, умею ли я останавливать станки. Я ответил утвердительно. Он сказал, чтобы останавливал. Потом приехал, кое-что забрал и отправил меня спать.
Такой вот дурдом.

P. S. Подсчитал на досуге: за неделю я спал всего 24 часа.